Ветеран всех трех войн в Югославии. Начинал в "Альфе", затем вступил в сербский военизированный отряд, позже стал одним из телохранителей семьи Милошевич. По словам генерала Куркова, "один из первоклассных специалистов рукопашного боя плюс превосходный снайпер, что представляет очень редкое сочетание". Ниже полностью приведена запись его первого собеседования в "Pro Serve, Ltd."

          Генерал Курков: Доброе утро, Стас. Я только что коротко ознакомил этих господ с твоей деятельностью в Югославии, но почему бы тебе не рассказать о себе самому?

          Стас:         А что тут рассказывать?

          Сергей:       Давай начнем с Югославии. Что ты там делал?

          Стас:         То же, что и все. Ходил по деревням и убивал мусульман во имя единства сербов.

          Сергей:       А затем, как я понимаю, ты был в Чечне. А что именно ты там делал?

          Стас:         Что именно? Мы окружали деревню, вызывали оттуда старейшин и предъявляли им ультиматум: если они не сдают оружие, мы сравняем деревню с землей. Ночью все мужчины и мальчики уходили по просьбе старейшин в горы. Когда в деревню входили мы, там не оставалось ни мятежников, ни оружия. Только старики, женщины и дети. И никто не мог уйти.

          Джек:         А почему?

          Стас:         Мы блокировали главную дорогу, вот почему. Приближаясь к каждому дому, мы по нему стреляли. Если оттуда кто-нибудь выпрыгивал, женщина или ребенок, я их укладывал. Парни, которые шли за мной, сжигали тела из огнеметов, чтобы уничтожить улики. Так мы шли через деревню, дом за домом, стреляя, бросая гранаты в подвалы, сжигая все. На одной железнодорожной станции мы повесили десять старшеклассников, а затем еще шестерых, которые прятались в школе. На окраине мы нашли сто тридцать человек: женщины, дети, старики, - все, кто не убежал. Мы замкнули их в зернохранилище и подожгли. Позади мы оставляли даже не руины, а пустыню.

          Джек:         Ты говоришь, что русские солдаты истребили целую деревню, и никто об этом даже не слышал?

          Стас:         Не всех убили. Тех, кто выжил, отправили в сортировочный лагерь.

          Джек:         Что за лагерь?

          Стас:         Вы правда ничего не знаете?

          Джек:         Правда.

          Стас:         Есть сортировочный лагерь в Осиновке. В каждом бараке двадцать-двадцать пять узников, которые спят на цементном полу. Охрана выстраивает их вдоль стен и отрабатывает на них удары карате, в голову или в пах. Одному из наших ребят нравилось прикасаться к ним оголенным проводом, чтобы понаблюдать, как поджаривается плоть. К этому запаху долго привыкаешь. Если пленники пытались развязаться, сержант отрубал им запястья. Если кто-то пытался снять повязку с глаз, сержант выдавливал ему глаза пальцами. Это был еще тот человек, наш сержант из Архангельска. Как-то раз мы летели на вертолете, и он сбросил троих пленников, только потому, что ему стало скучно.

          Джек:         Но каким образом этого не было ни в одних международных новостях?

          Стас:         Очень просто. В ближайшие сорок восемь часов мы никого не впускали в Самашки, даже "Красный Крест". Это давало нам прекрасную отсрочку. Наши орудия разровняли их кости так, чтобы родственники не могли никого опознать.

          Сергей:       А позже ты стал телохранителем. Что ты об этом можешь рассказать?

          Стас:         Перед окончанием последней войны у Милошевича было шестьдесят охранников, которые были приставлены к членам его семьи. Я отвечал за безопасность его дочери. После поражения Войслава Коштуницы всех людей Милошевича выставили на улицу, включая меня. Когда убили Аркана, моего бывшего командира, там стало небезопасно, поэтому я вернулся в Украину. А здесь денег тоже нет.

          Сергей:       А ты не можешь вернуться сейчас и работать снайпером?

          Стас:         Конечно, могу. Мои товарищи и сейчас там, и я знаю, что бы они мне сказали. Эй, дружище, вот винтовка, вот прицел – и вперед, за работу. Илья только что из Африки. Он работал военным инструктором для тех самых кровожадных ниггеров в западном Сьерра-Леоне в обмен на чертовы алмазы, и еле выбрался оттуда живым. Он мне порассказывал про восьмилетних снайперов, двенадцатилетних командующих бригадами смерти и четырнадцатилетних проституток, которые кастрировали  британских солдат.

          Сергей:       Что ты говорил про алмазы?

          Стас:         Илье удалось контрабандой протащить пригоршню еще не обработанных алмазов. Так он купил четырехкомнатную квартиру на Репина. До конца жизни он обеспечен, это уж точно. А я? В прошлом году я пытался получить работу в Москве. Я с ними шесть месяцев водку пил, а в конце концов я им не нужен. Хватает своих безработных солдат.

          Сергей:       Да, сейчас сложно найти хорошую работу.

          Стас:         Поэтому я здесь и готов работать.